Пять мифов о марксизме для борьбы с марксизмом

В основе подобного рода весьма произвольных ссылок на Маркса лежит целый ряд весьма живучих мифов о природе его мысли. Эти мифы не новы - большинство их было сформулировано критиками Маркса еще столетие назад. Однако они увековечиваются системой образования и средствами массовой информации, в особенности в их высших, наиболее утонченных кругах. Будучи, как я уже сказал, мифами, они представляют реальное содержание мысли Маркса в искаженном свете. Ниже я рассмотрю пять наиболее укоренившихся мифов из их числа.

Миф первый: викторианская концепция класса

Начиная с 'Манифеста Коммунистической партии', Маркс изображает капиталистическое общество разделенным на ничтожное меньшинство капиталистов, в руках которых сконцентрирована вся экономическая власть, и огромное большинство рабочих, от труда которых зависит вся система. Однако, как говорят многочисленные социологи, современное общество не соответствует этой картине. Большинство людей, по крайней мере, в таких странах, как Британия, относятся к среднему классу, и трудятся не на Викторианских заводах и фабриках, а выполняют работу 'белых воротничков' в индустрии услуг.

Эта критика основана на полном непонимании марксистской концепции класса. Для Маркса классовая принадлежность индивида определяется не его стилем жизни или профессией, и даже, с определенными ограничениями, не уровнем его дохода. Классовое положение индивида определяется его отношением к средствам производства. Средства производства - это те производительные ресурсы: земля, строения и оборудование, - без которых невозможна экономическая деятельность.

Рабочие не имеют доступа к производительным ресурсам, за одним очень важным исключением, состоящем в том, что они располагают своей рабочей силой, своей способностью трудиться. Для того, чтобы существовать, они вынуждены продавать свою рабочую силу капиталистам, богатство которых позволяет контролировать им средства производства. Более слабые позиции рабочих относительно предпринимателей при заключении сделок по купле-продаже рабочей силы означают, что рабочие вынуждены продавать свою рабочую силу на невыгодных для них условиях.
Поэтому класс представляет собой для Маркса социальное отношение. Согласно его определению, быть рабочим означает трудиться в офисе, в супермаркете или в больнице, а не только на заводе или фабрике. Вы можете выполнять работу 'белого воротничка' или оказывать услуги, - например, учить детей или продавать гамбургеры, - а не производить материальные блага. Иными словами, согласно этому определению подавляющее большинство работников в таких странах, как Британия, являются рабочими, - и опросы общественного мнения, к неудовольствию социологов, демонстрируют, что большинство последовательно продолжает относить себя к рабочему классу.

Миф второй: железный закон абсолютного и относительного обнищания рабочего класса

Маркса обвиняют еще и в том, что он верил, будто бы в ходе капиталистического развития рабочий класс будет все глубже и глубже погружаться в пучину нищеты. Это представление иногда называют предсказанием Маркса о 'растущем обнищании' масс. Однако поскольку реальная заработная плата в развитых капиталистических странах за последние сто лет существенно возросла, прогнозы Маркса были тем самым безусловно опровергнуты.

Это - удивительное искажение мысли Маркса. 'Железный закон заработной платы', согласно которому уровень реальной заработной платы не может подниматься выше стоимости минимального объема средств, необходимых человеку для физического выживания, представляет собой одну из главных догм сочувственно настроенной по отношению к капитализму экономической науки XIX века. Она основывается на теории населения Томаса Мальтуса, согласно которой рост народонаселения имеет тенденцию опережать рост производства средств существования. Любое повышение заработной платы выше уровня, обеспечивающего только физическое выживание, будет стимулировать рост народонаселения, а это, в свою очередь, будет вести к обнищанию масс.

Маркс не разделял этой теории. Более того, он энергично выступал против нее и убеждал социалистов не принимать этой теории. В своей работе 'Заработная плата, цена и прибыль' он подверг критике аргумент последователя утопического социалиста Роберта Оуэна, согласно которому 'железный закон заработной платы' означал, что профсоюзы никогда не смогут улучшить условия жизни и труда рабочих. Маркс показал, что разделение продукта между трудом и капиталом зависит от баланса власти между этими двумя классами, а следовательно - от классовой борьбы.
Маркс и в самом деле проводил различие между абсолютным и относительным обнищанием. Реальная заработная плата действительно растет, однако та часть произведенного трудом рабочих продукта, которая приходится на их долю, может в то же самое уменьшаться по сравнению с той долей, которая присваивается предпринимателями в форме прибыли. Если производительность труда рабочих растет, их жизненные стандарты могут улучшаться, однако их эксплуатация при этом все равно будет расти, поскольку предприниматели будут получать еще большие прибыли от их труда.

Маркс также утверждал, что у тех улучшений, которых могут добиться профсоюзы своими реформами, имеются определенные пределы. Контроль предпринимателей над средствами производства означает, что они могут с помощью увольнений ставить работников в невыгодные условия при заключении сделок о купле-продаже рабочей силы. Именно так и происходит в условиях экономического спада. Высокий уровень безработицы заставляет тех, кто имеет работу, соглашаться на повышение нормы выработки без повышения зарплаты, на более низкую оплату труда и на худшие условия труда. За последние двадцать пять лет экономического кризиса реальная заработная плата в США, богатейшей стране мира, значительно снизилась. Поэтому нет оснований считать, что Маркс заблуждался.

Миф третий: неизбежный экономический крах

Однако, говорят критики, разве Маркс не утверждал, что капитализм обречен на гибель в силу внутренних экономических противоречий? И, поскольку капитализм не погиб, не доказывает ли это то, что Маркс, несомненно, заблуждался?
Действительно, в своей великом труде - 'Капитале' - Маркс развивает теорию экономического кризиса. Задолго до экономиста Мейнарда Кейнса [2] он развенчал все еще остающуюся центральной для официальной экономической науки и с жаром провозглашаемую сегодня Гордоном Брауном [3] идею о том, будто бы надлежащим образом организованная рыночная экономика способна достичь равновесия, при котором все ее ресурсы будут полностью использоваться. Кроме того, Маркс показал, что в недрах капитализма скрыты мощные силы, толкающие его к кризисам.

Наиболее важной из этих сил является тенденция нормы прибыли к понижению. Норма прибыли - то есть тот доход, который капиталисты получают благодаря сделанным ими инвестициям, - в капиталистической экономике представляет собой главное мерило успеха. Однако предприниматели являются внутренне разобщенным классом: они конкурируют друг с другом, поскольку каждый стремится получить большую долю той прибыли, которую они выжимают из наемных работников.

Отдельные капиталисты делают капиталовложения в более совершенные средства производства для того, чтобы завоевать бóльшую часть рынка. Для того чтобы выжить, их конкуренты вынуждены делать то же самое. В результате капиталовложения, - в особенности в оборудование, - растут быстрее, чем рабочая сила. Однако именно труд этих наемных работников является источником прибыли. Поэтому объем прибыли растет медленнее, чем объем капиталовложений, в результате чего норма прибыли понижается. Когда общая норма прибыли падает ниже определенного уровня, новые капиталовложения не осуществляются и экономика впадает в кризис.
В то же самое время речь идет именно о тенденции нормы прибыли к понижению. Маркс перечисляет 'противоположные факторы', способствующие повышению нормы прибыли. В частности, он говорит, что "те же самые факторы, которые порождают тенденцию понижения общей нормы прибыли, производят и противоположные эффекты, которые замедляют, блокируют и отчасти парализуют это понижение". Наиболее важными из этих факторов, препятствующих тенденции нормы прибыли к понижению, являются сами кризисы.

Во время экономических кризисов фирмы терпят банкротство, и их имущество распродается по дешевке. Это приводит к уменьшению общего объема капитала в экономике. В то же самое время, как мы видели выше, рабочие под угрозой безработицы вынуждены соглашаться с более высокой степенью эксплуатации. Эти факторы позволяют вернуть норму прибыли на уровень, на котором возобновляются капиталовложения и, вследствие этого, вновь начинается рост.

Поэтому, как указывает Маркс, 'перманентного кризиса не существует'. Колебания нормы прибыли ввергают капитализм в циклы подъема и спада, которые Маркс проанализировал одним из первых. Нисходящие моменты этого 'экономического цикла' подвергают наемных работников неимоверным лишениям. Когда система находится в кризисе, классовая борьба становится более ожесточенной и интенсивной. Именно от этой поляризации и должен отталкиваться рабочий класс, политическое предназначение которого состоит в свержении капитализма. Однако это не означает, что капитализм обречен на гибель по экономическим причинам.

Миф четвертый: экономический детерминизм

Искажение экономической теории Маркса - это только одно из звеньев в цепи широкого распространенного неправильного понимания его мысли. Слишком часто его изображают экономическим детерминистом, верившим в то, что историческое изменение является неизбежным результатом развития производительных сил. Более конкретно, его обвиняют в вере в неизбежное наступление социализма.

Действительно, в марксистской традиции можно встретить точку зрения, характерную, в частности, для тех споров, которые вели между собой социалистические партии II Интернационала, возникшего после смерти Маркса, согласно которой история развивается в соответствии с неизбежными экономическими законами. Однако, в противоположным редким и носящим случайный характер суждениям Маркса, которые приводят для подтверждения этой точки зрения, весь пафос его мысли является существенно иным.
В своем широко известном отрывке Маркс писал, что 'люди сами делают свою историю, но они ее делают не так, как им вздумается, при обстоятельствах, которые не сами они выбрали, а которые непосредственно имеются налицо, даны им и перешли от прошлого' [4]. Подобного рода точка зрения предполагает, что в своей деятельности человеческие существа ограничены материальными условиями их собственного существования, однако эти ограничения не лишают их выбора или инициативы.

Опять-таки, в 'Манифесте Коммунистической партии' Маркс говорит, что каждый великий кризис классового общества заканчивался или 'революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов' [5]. Иными словами, кризис предполагает альтернативы, а не заранее предрешенные результаты. Реакция наемных работников на сильный экономический спад определяется не только их материальным положением, но и силой их коллективных организаций, теми различными идеологиями, влияние которых они испытывают, а также политическими партиями, которые борются друг с другом за право осуществлять руководство ими.

Маркс проводит различие между экономическим базисом общества и его политической, юридической и идеологической надстройкой. Он описывает экономический базис как 'реальную основу' социальной жизни. Однако это не означает, как то утверждают его критики, что он не принимает во внимание надстройку. Напротив, в момент кризиса события, происходящие в надстройке, где, как говорит Маркс, люди 'осознают этот конфликт и борются за его разрешение' [6], приобретают решающее значение в определении итога борьбы.

Миф пятый: государственный социализм

Наконец, нам говорят, что Марксово видение социализма является тоталитарным; это такой социализм, при котором государство получает контроль над экономикой и полностью регулирует жизнь каждого индивида. Крушение сталинистских обществ в конце 1980-х годов является поэтому непосредственным следствием недостатков, свойственных марксистской концепции будущего.

Опять-таки, это - полное искажение подлинных взглядов Маркса. Он считал идею государственного социализма противоречивой по определению. Он писал, что 'свобода состоит в том, чтобы превратить государство из органа, стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчиняющийся' [7].

В своих работах, посвященных Франции, Маркс критиковал рост мощи централизованного бюрократического государства, процветающего за счет общества и действующего в интересах капитала. Он приветствовал Парижскую Коммуну 1871 года именно за то, что это была 'революция против самого государства'. Он высоко оценил действия рабочих Парижа, направленные на разрушение бюрократического государственного аппарата и замену его общественными учреждениями, находящимися под прямым демократическим контролем.

Маркс настаивал на том, что социализм не может быть навязан народу образованной элитой. Он является делом 'самоосвобождения рабочего класса' - процесса, в ходе которого люди становятся свободными благодаря тому, что они, объединяясь на демократических начал, стремятся сбросить власть меньшинства капиталистических эксплуататоров.
Поэтому сталинистские общества, с характерной для них концентрацией власти на вершине властной вертикали, представляли собой прямую противоположность Марксовой концепции социализма.
Вот почему крушение этих обществ не обесценивает мысль Маркса. По мере того, как все более и более явными становятся черты неравенства и иррационализма, свойственные либеральным капиталистическим обществам, приходит время вернуться к Марксу - не к мифическому Марксу, широко распространенные представления о мысли которого опровергаются в данной статье, но к подлинному Марксу, к его проникновенной критике существующей системы и к его видению альтернативы: человеческого освобождения.

[Литературные источники]
1. Callinicos, Alex. Marx: Hit and Myth © From Socialist Review, #227, February 1999
2. Кейнс (Keynes), Мейнард (1883-1946) - английский экономист, основоположник кейнсианства - доктрины государственного регулирования капиталистической экономики.
3. Браун (Brown), Гордон - британский политик, с мая 1997 года - министр финансов в лейбористском правительстве Тони Блэра.
4. Цит. по: Маркс, К. Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта // Маркс, К. и Энгельс, Ф. Соч., т. 8, стр. 27.
5. Цит. по: Маркс, К. и Энгельс, Ф. Манифест Коммунистической партии // Маркс, К. и Энгельс, Ф. Соч., т. 4, стр. 424.
6. Цит. по: Маркс, К. К критике политической экономии. Предисловие // Маркс, К. и Энгельс, Ф. Соч., т. 13, стр. 7.
7. Цит. по: Маркс, К. Критика Готской программы // Маркс, К. и Энгельс, Ф. Соч., т. 19, стр. 26.

Алекс Калиникос

Пинк Флойд: Стена / Pink Floyd The Wall, 1982



Есть такой чувачок, британский музыкант Пинк. У него папу немцы убили на войне из-за дурости командования, мать-одиночка не сильно много времени ему уделяла, в школе его прессовали учителя. И вырос он замкнутым, депрессивным и закомплексованным. Но тем не менее, подцепил какую-то рыжую кралю с сиськами и даже сочетался с ней гражданским браком. С женой, впрочем, дело так и не пошло — Пинку было куда интереснее пялиться в ящик и употреблять вещества, нежели трахать супругу. В итоге, когда герой уезжает на гастроли в Северо-Американские Соединенные Штаты, бабень ему изменяет с каким-то социалистом, борцом за ядерное разоружение — очень хорошим человеком. Но Пинк не принимает этого, а впадает в жестокий ступор, сжимаясь как пружина, и, в определенный момент, высвобождая разрушительную энергию, круша все на своем пути. После некоторого времени, проведенного в психиатрической больнице имени Святого Николая-Чудотворца, Пинк находит свое предназначение в том, чтобы быть лидером Британского союза Фашистов, преследовать, калечить и убивать: негров, педиков, наркоманов, евреев, «чернильниц», безбожников и коммунистов. И даже предвзятое политическое преследование и попытки карателей замочить героя в сортире не увенчиваются успехом: здоровые силы национальной революции сносят стену феодально-плутократического отчуждения и устанавливают Новый Мировой Порядок, который сумеет защитить само существование английского народа и будущее для белых детей.

Этот шедевр современного имажинизма снят на основе песенной лирики группы Pink Floyd, известной своим долговременным противостоянием актуальному британскому политикуму: нео-империализму, бряцанью оружием и размахиванью ядерной дубинкой, агрессии против суверенной Аргентинской республики и разжиганию войны против ирландского народа, бьющегося за свою свободу. Композиции и тексты, написанные двумя выдающимися английскими самодеятельными музыкантами, Давидом Гильмором и Роджером Вотерсом, выражают яростную ненависть в адрес устаревшей и бессердечной образовательной системы Великой Британии, безразличной и расточительной эксплуатации человеческого капитала, чрезмерной доступности наркотических и психотропных препаратов — последствия приема последних красочно представлены в виде корявых мультиков-«бэдтрипов», которыми фильм насыщен сверх всякой разумной меры. Одаренные поэты-песенники хотели показать невыносимую сущность «старой доброй Англии», необходимость ее разрушения и устройства нового общества на фундаменте социал-национальной революции. И сделали это с большим успехом: альбом и фильм The Wall многим зашоренным молодым людям открыли глаза на творящийся кругом произвол и необходимость перемен; можно сказать, сподвиг целое поколение осознать себя, не быть «всего лишь кирпичом в стене».

Поскольку это мюзикл, то надо б оценить не только общий смысл произведения, но и звуковую составляющую, однако, поскольку я слаб в музыке, ограничусь наверняка порочащим меня признанием, что кроме той самой песенки про кирпич в стене меня ничего не зацепило. Голос у автора-исполнителя не то, чтобы очень сильный и красивый, а тексты можно назвать скорее заумными, чем умными. Вот отдельные видеофрагменты были порой впечатляющими даже без музыкального сопровождения — порой не верится, что их снял Алан Паркер, автор феерически мудацкой картины «Багси Мэлоун». Может, оттого, что в главной роли сняли подходящего кадра, экспрессивно-депрессивного панка с упавшей планкой, который, хлебнув ханки, с готовностью и самоотдачей выполнял самые дикие приказы режиссера. Но так или иначе, а получилось интересное произведение о выходе из зоны комфорта, о тщете всего сущего, о духовной свободе — и о том, что, кроме всего прочего, Британия должна быть уничтожена.